Петр ШЕЛЕСТ — тихий диверсант в советском руководстве: история укрaинского "национализма"
Петр Ефимович Шелест — известный политик и первый секретарь ЦК КП УССР. Он написал откровенные мемуары «Да не судимы будете. Дневники и воспоминания члена политбюро ЦК КПСС». Шелест возглавлял украинскую партию 9 лет, а позже и Украинскую Советскую Социалистическую Республику.
В мае 1972 года он был снят с должности первого секретаря Компартии с пометкой «в связи с переходом на должность заместителя председателя Совета министров СССР». Что же вызвало такую немилость к его особе?
На самом деле причина скрывалась в националистических корнях, так как он выступал «за самостийную Укpаину». Эту причину раскрыл Владимир Щербицкий, который 17 лет был во главе УССР и КПУ после Шелеста. Оба деятеля входили в состав Политбюро ЦК КПСС и принимали важные решения на общесоюзном уровне.
Советский политический деятель Анастас Иванович Микоян вспоминает:
«Был поставлен вопрос о письме первого секретаря ЦК КП Украины Шелеста, разосланном членам Президиума ЦК КПСС раньше. В том письме Шелест, ссылаясь на то, что на международных форумах многие страны, которые не торгуют с Советским Союзом, обращаются к украинским представителям с предложением заключения торговых соглашений с Украиной, не называя при этом ни одной страны и ссылаясь на высокий международный престиж Укpаины — она член-учредитель ООН, — предлагает предоставить право Украине выступить самостоятельно на внешнем рынке. Он критикует Минвнешторг и просит поручить заинтересованным организациям представить соответствующие предложения».
«Вот и прошло ровно три месяца с того черного дня, 19 мая, когда я волей Брежнева был отстранен от активной политической жизни. Тяжесть, обида, крайняя неудовлетворенность высокой чисто «чиновничьей» должностью. На работе иногда притупляются обида и боль, но временами бывает невмоготу. Выждать год, а там видно будет… Самым гнусным является и то, что искажается история: в киножурналах торжественных заседаний я «убран», и вместо меня везде фигурирует Щербицкий. Это же возмутительно и гадостно. Что же я, враг народа? Такая организованная травля может довести меня до отчаяния, до трагедии», — писал Шелест в мемуарах.