"... Далее, я имею записку о том, что мы, коммунисты, будто бы насаждаем белорусскую национальность искусственно. Это неверно, потому что существует белорусская нация, у которой имеется свой язык, отличный от, русского, ввиду чего поднять культуру белорусского народа можно лишь на родном его языке.

Такие же речи раздавались лет пять тому назад об Украине, об украинской нации. А недавно еще говорилось, что украинская республика и украинская нация – выдумка немцев. Между тем ясно, что украинская нация существует, и развитие ее культуры составляет обязанность коммунистов. Нельзя идти против истории. Ясно, что если в городах Украины до сих пор еще преобладают русские элементы, то с течением времени эти города будут неизбежно украинизированы.

Лет сорок тому назад Рига представляла собой немецкий город, но так как города растут за счет деревень, а деревня является хранительницей национальности, то теперь Рига – чисто латышский город. Лет пятьдесят тому назад все города Венгрии имели немецкий характер, теперь они мадьяризированы.

То же самое будет с Белоруссией, в городах которой все еще преобладают небелоруссы."

Иосиф Сталин (Cочинения. – Т. 5. – М.: ОГИЗ; Государственное издательство политической литературы, 1947. С. 45–49.)

Тревожный звоночек для Москвы

Артем Бузила, журналист

Следственный комитет Республики Беларусь задержал двух известных публицистов – Юрия Павловца и Дмитрия Алимкина по подозрению в разжигании межнациональной розни.

«А дальше Лукашенко просто превращается в белорусского Януковича»
Если мужчин признают виновными, им грозит до десяти лет лишения свободы. По мнению правоохранителей, журналисты получали денежные вознаграждения из Москвы за публикации в ряде российских изданий по заранее оговоренным темам.

Причем «заказчиком» приходился гражданин Белоруссии, который скрылся от следствия в российской столице. Поговаривают, что таким человеком может быть Юрий Баранчик, бывший сотрудник администрации президента Белоруссии, а ныне системный критик режима Лукашенко.

Когда я читал об этом деле, то буквально не верил своим глазам, настолько эти обвинения напоминали те, за которые я оказался в украинской тюрьме.

В мае нынешнего года польскими властями был арестован Матеуш Пискорский – лидер консервативной партии «Перемена», требовавшей изменения внешнего вектора, выхода из Евросоюза и интеграции с Россией, который, помимо прочего, выступал с требованиями к украинским властям выпустить меня на свободу.

Самого Матеуша обвинили в государственной измене, и его арест особо никого не удивил: западные правительства как-то не особо пекутся о демократии и правах человека, когда дело касается пророссийских оппонентов или евроскептиков.

Пророссийские общественники и журналисты в будущем станут предметом торгов между Минском и Москвой (фото: Сергей Фадеичев/ТАСС)
Пророссийские общественники и журналисты в будущем станут предметом торгов между Минском и Москвой (фото: Сергей Фадеичев/ТАСС)

Но когда дело касается преследования симпатиков Москвы в стране, которая является частью Союзного государства России и Белоруссии, то дело приобретает несколько иной резонанс.

Павловец и Алимкин, публиковавшийся под псевдонимом Алла Бронь, последние несколько лет последовательно критиковали белорусскую власть.

Впрочем, их основными тезисами были не ущемление прав и свобод, дискриминация белорусского языка, сдача национального суверенитета Москве – т. е. все то, что ставит в вину режиму Лукашенко прозападная оппозиция. Напротив, критика арестованных журналистов состояла в том, что белорусская власть занимает недостаточно дружественную позицию по отношению к России.

Под «разжиганием межнациональной розни» принято подразумевать оскорбление чьего-то достоинства либо призывы к дискриминации по национальному признаку. Например, фразы типа «надо вешать представителей такой-то национальности» или «ненавижу такой-то народ за их свинство» – вот это, безусловно, в чистом виде разжигание. Но вы не найдете в публикациях Павловца и Алимкина чего-то даже отдаленно подобного этому.

Что же касается «материального вознаграждения» за публицистическую деятельность, то, уверен, белорусские следователи также работают не на общественных началах. Аналогично трудятся и журналисты.

Якобы взломанная КГБ переписка с «московскими кураторами» также на поверку оказывается фикцией: в любом издании существует собственная редакционная политика, и она подлежит согласованию, в том числе и относительно тональности будущего материала.

Витебская правозащитница Ольга Карач назвала данные аресты лишь началом репрессий в отношении пророссийских публицистов. По ее мнению, общественники и журналисты с выраженной союзной позицией в будущем станут предметом торгов между Минском и Москвой.

Ранее белорусские власти уже прибегали к такого рода уловкам в разговоре с Европой и США: арестовывали, а затем выпускали прозападных политиков, дабы получить смягчение санкционной политики.

Как же стало возможным подобное в отношениях Белоруссии и России?

С середины 90-х Москва откровенно запустила это направление. Видимо, считалось, что никаких проблем с «синеокой сестрой» не возникнет.

Разумеется, связано это было прежде всего с фигурой Александра Лукашенко. На первых порах он действительно приходился даже большим союзником России, чем сама Россия. Именно Лукашенко, а не Ельцин в 90-х был форвардом Союзного государства, а затем в нулевых – Таможенного и Евразийского союзов.

Во внутренние процессы, протекающие в республике, предпочитали не вмешиваться. В результате в Белоруссии была сформирована пусть и эффективная, но достаточно недальновидная политическая система.

Лукашенко замкнул на себе все ветви власти, не развил подконтрольной системы лояльных или умеренно оппозиционных политических институтов, партий, общественных организаций, а вся скромная политическая жизнь республики крутилась вокруг противостояния власти и достаточно маргинальной прослойки националистической оппозиции.

Ситуацию изменили украинские события.

С одной стороны, по всем социологическим исследованиям это повысило рейтинг Лукашенко: на фоне хаоса в соседней стране Бацька казался своим гражданам настоящим гарантом спокойствия и стабильности.

Но сам белорусский президент при этом занял достаточно двусмысленную позицию: на официальном уровне Минск так и не признал Крым российской территорией, не дал жесткой оценки событиям на Майдане, не осудил Киев за карательную операцию на востоке страны.

Зато подняла голову доселе маргинальная оппозиция: теперь она со всех трибун вещала об опасности повторения украинских событий в Белоруссии, возможной российской агрессии и необходимости поддержать братьев в борьбе против московского империализма.

Власти Белоруссии такому положению дел лишь потакают. Например, под негласным запретом в республике оказалась георгиевская ленточка – символ общей Победы, а теперь еще и гражданского сопротивления украинским нацистам.

С белорусского ТВ практически исчезли критические высказывания относительно Украины и ее правительства. Национал-либеральная оппозиция получила зеленый свет для осуществления своей деятельности.

Если, например, проанализировать рынок онлайн-изданий, то окажется, что наиболее крупные и влиятельные из них – оппозиционные. О государственных или тем более союзных России речь даже не идет.

И если даже на Украине существовал хотя и не самый сильный и влиятельный, но хоть как-то оформленный и структурированный пророссийский сегмент гражданского общества, то в Белоруссии этого нет и в помине. Нет ничего – пророссийские СМИ, партии, организации попросту отсутствуют. Есть одиночки, но похоже, что за ними уже пришли. 

В случае кризиса власти эстафета от нынешнего руководства перейдет прямиком к национал-либералам, у которых уже выстроены партийные системы, налажена коммуникация с прессой, выстроен четкий политический спектр (правые – либералы – социал-демократы), в котором проссийским силам просто нет места.

Собственно, арест Павловца и Алимкина должен стать для Москвы тревожным звоночком. Белоруссия, конечно, не Украина и даже не Молдавия, но упустить эту страну из зоны российского влияния можно гораздо быстрее и легче, чем кажется на первый взгляд.

Российский МИД, пресса и общественность должны занять однозначную жесткую позицию по задержанию публицистов и потребовать от белорусских властей немедленно освободить политзаключенных.

Если это проглотить, дальше будет и запрет российского телевидения, и бесчинства прозападных радикалов, и якшанье с Европой.

А дальше Лукашенко просто превращается в белорусского Януковича для последующей передачи власти националистически настроенной оппозиции. Белоруссия, при детальном рассмотрении, от Украины ничем особо не отличается.

Схожие процессы, похоже, намечаются и в Казахстане. Не так давно к пяти с половиной годам лишения свободы был приговорен гражданин, который высказался в социальной сети о стремлении к воссоединению с Россией. Суд признал его виновным все в том же разжигании межнациональной розни и вдобавок сепаратистских призывах.

И это – не за какие-то конкретные материалы во влиятельных российских или казахстанских СМИ, не за конкретную политическую или общественную деятельность. Даже на Украине за публикации в соцсетях, как правило, дают условный срок. На таком фоне показательно заявление Нурсултана Назарбаева о разграблении богатств Казахстана российским империализмом, которые странно звучат в устах лидера дружественной России страны.

Похоже, что «украинизация» политического пространства ближайших партнеров Российской Федерации по Евразийскому союзу происходит буквально на наших глазах. Однако ничто еще не потеряно, и эти процессы, при осознании проблемы и наличии эффективной контрстратегии, можно обратить вспять.

Время еще есть, но уходит оно стремительно.

P. S. Пока этот материал готовился к публикации, из Минска пришло новое известие: «Белорусскими властями 9 декабря задержан корреспондент ИА REGNUM в Минске Сергей Шиптенко».